Октябрь прошлых лет | Печать |

1822 год

21 октября

Заграничные известия

Лондон, 8 октября. Российский корабль «Кутузов», состоящий под начальством Капитана Докторова, прибыл на днях в Портсмут на возвратном пути своем в Санкт-Петербург (помянутый корабль был отправлен в отдаленные моря для открытий, и плавание оного продолжалось 2 года).

Так называемая Морская Нимфа или Сирена, показывается здесь ежедневно и привлекает бесчисленное множество любопытных. Должно вспомнить, что оная, по собственному уверению хозяина, поймана за 10 или 15 лет перед сим и доныне сохранялась в морской воде или спирту. Посему имеет вид соленой рыбы; а черты лица, в коих, как говорят, находили прежде поразительное сходство с человеческими, совершенно почти изгладилось. Берлинский ученый Лихтенштейн подозревает, что сие мнимое чудовище есть искусственное произведение, составленное из головы обезьяны и нижней части какого-нибудь морского животного.

 

1832 год

Гидрографическое описание городов Российских

Кроме городов ведомства бывших республик Новгородской и Псковской на западных порубежных частях России, значились в XVII столетии города, составлявшие прежнее достояние Княжеств Тверского и Смоленского; первые расположены по течению Верхней Волги или вблизи от оной, а вторые по Днепру и впадающим в него рекам по системе Западно-Двинских рек. Верхневолжские сообщались удобно и с Новгородом и с Москвою и сохранились на черед городов самобытных; они поддерживались в своем существовании благодетельною Волгою или судоплаванием по оной.

Тверь была Метрополилею сих городов, превосходя оные и людностью и богатством своим. Города Русско-Днепровские: Вязьма и Ельня, по Днепру и рекам Днепровской системы несли избытки трудолюбия жителей своих в соседственные юго-западные страны и богатились произведениями богатейших по природе стран на обмен получаемыми.

На землях Западно-Двинских, еще не подвластных в то время России, находились города более или менее примечательные по многолюдству и торговле, некоторые по временам принадлежали русским. Таковы: Полоцк, Озерище и Нешхорда (сей город, полагают, основан Царем Грозным). Другие, например Невель, Себеж, Лужа, защищая независимость свою, были нередко несчастными свидетелями жестоких браней Государей Российских с Герцогами Литовскими, Королем Польским и рыцарями Ливонскими. В сие время собственно Русскими городами могли считаться только Торопец и Бела.

Города, значившиеся при Царе Михаиле Федоровиче. По карте тогдашнего времени означены были не только города собственно Русские, но и пограничные, в соседственных странах находившиеся, как-то: города Белорусские, Малоросийские, Новороссийские, Крымские, Закавказские и города Западной Сибири, состоявшие, впрочем, тогда уже под владычеством России. Показаны также примечательнейшие места, находившиеся в степях Зауральских, на пространстве между морями Каспийским, Аральским до Бухарии.

В Северных краях России между Онежским и Белым озерами и Каменным поясом, в землях, подвластных некогда Новгородской республике, находилось более 30 городов. Основаны будучи по берегам сплавных и судоходных рек, они имели торговое значение и занимались производством торговых оборотов с внутренними частями государства или даже со странами иноземными. Жители городов Архангельска, Холмогор, Устюга Великого и Вологды состояли в непосредственных сношениях с Западными Европейцами. Из городов по берегам Вычегды или близ оной лежавших отправлялся торг в Закамские и Сибирские страны: Еренск, Турей, Старая Пермь и Соль-Вычегодская; торговали в Чердыни, Хлынове, Чусовском и даже по ту сторону Уральских гор.

 

1842 год

4 октября

Смесь

Пароход-великан

Постройка парохода «Great Britain» более известного до сих пор под именем «Мамонт», приближается, по-видимому, к концу. В одном Английском журнале пишут, что следующей весной он будет готов к выходу в море. «Great Britain» имеет 324 английских фута длины, следовательно, на 100 футов больше самого длинного из кораблей английского флота.

Исключая палубы и каюты, он весь построен из железа. Самую большую ширину парохода составляет 51 фут. Глубина трюма 32 фута, а вместимость 3000 тонн, с чем не может сравниться вме-стимость величайших пароходов, построенных в целом мире. На «Great Britain» четыре палубы: три деревянные и одна (самая нижняя, назначаемая для груза) железная. Две промежуточные палубы устроены исключительно для офицеров корабля и пассажиров. В этих двух ярусах поместятся четыре обширные залы (равняющиеся одной столовой зале в 350 футов), две красивые комнаты для дам и 180 кают, в которых в каждой может поместиться по две кровати не совсем обычной величины. Таким образом, не считая помещений офицеров, матросов и слуг, 360 пассажиров найдут для себя на этом пароходе удобные квартиры, снабженные, кроме соф, поставленных в залах, отдельными кроватями.

Главная зала будет очень обширна и великолепна: ея длина, от одного конца до другого, должна иметь 108 футов 8 дюйм (английских). Можно представить себе, какова громада исполинского корабля, когда, кроме помянутых помещений и пространства, необходимого для котлов, машин и прочего, он должен еще в себя вместить 1000 тонн угля и 1.200 тонн товаров.

«Great Britain» будет снабжен четырьмя машинами, из коих каждая должна равняться 250 лошадиным силам (всего 1000 лошадиных сил). Сверх того, на пароходе ставится шесть мачт. Большая мачта имеет в вышину 90 англ. футов, а парусами, сшитыми вместе, можно покрыть десятину земли.

 

8 октября

Внутренние известия

Старая Русса. Почти весь август месяц продолжалась здесь хорошая, теплая погода, которая благоприятствовала как озимым посевам, так и уборке яровых хлебов и сена. 23 числа небо было чисто. Но облака сделались гуще и, при юго-западном ветре, сначала пошел небольшой дождь, с несколькими громовыми ударами. А в 6 часов вечера усилился ветер и произвел ужаснейшую бурю.

Она, проходя вихрем, полосою не более 40 или 50 сажен шириною, сделала в селеньях и на полях значительные разорения: с некоторых церквей сорвала кресты, домы и хозяйственные обзаведения остались большею частию без крыш, а соломою с них устланы огороды и близ лежащие поля, а некоторые строения вовсе обрушены. Многие скирды с хлебом и сеном разбросаны; сжатый и неубраный хлеб подвергся той же участи, а находящийся на корню плотно уложен на землю и укатан как катком. Разного рода скот, подвергшийся жестокости бури, был иной повален. А иной даже несколько покатился силою ветра.

Эта буря проходила также через некоторую часть города Старой Руссы, и в продолжение не более как десяти минут сделала значительные разрушения: разбила стеклы, сорвала с многих строений крыши. Некоторые отбросила на несколько сажен; некоторые ветхие строения и заборы разрушила, а в садах множество поломала деревьев. К счастью, ни один человек не убит свирепостью бури и не пострадал от сделанных ею разрушений.

 

Псков, 30 сентября. Погода почти в продолжение всего сентября была ясная. Ненастные дни были редки и даже, можно сказать, не было, исключая 27 числа, дня, чтобы пасмурная и дождливая погода продолжалась 24 часа. Часто показывался град при довольно холодной погоде. В некоторых частях Псковского уезда около 24 числа выпал такой снег, что на Никандровскую ярмарку из окрестностей иные приехали на санях.

 

1852 год

13 октября

Внутренние известия

Москва. Протекло сорок лет со времени незабвенной эпохи Отечественной войны 1812 года. Следы бедствий изгладились, но память об этой године тяжких испытаний живет и всегда будет близка сердцу Русского.

Москве памятно 11 октября 1812 года. Когда Наполеон, выведя из нее последние войска свои, в бессильном гневе, желая довершить разорение Первопрестольной столицы Русской, ознаменовал свое отступление взрывом Кремлевских стен. Память этого дня Церковь сохраняет в первое после 11 октября воскресенье Крестным ходом из Успенского и других соборов вокруг стен возобновленного Кремля.

В нынешнем году, сороковом после занятия и оставления Москвы французами, доблестный начальник Москвы и сподвижник Героев 1812 года, Граф Арсений Андреевич Закревский, отпраздновал 11 октября особенным воспитательно-умилительным торжеством.

По сделанному заблаговременно распоряжению, все, участвовавшие в Отечественной войне и украшенные медалями 1812 года жители Москвы, прибыли в этот день в Кафедральную церковь Чудова монастыря к литургии и благодарственному молебствию, которые совершены были Преосвященным Филореем, Викарием Московским. И, затем, в три часа приглашены были к обеденному столу в дом Военного Генерал-Губернатора.

Ветеранов 1812 года собралось всего 894 человека, в том числе 207 служащих и отставных генералов, штабс- и обер-офицеров, 267 унтер-офицеров и 411 рядовых и ратников. Из коих многие, несмотря на дряхлость и увечья, пришли из окрестностей Москвы. Столы были накрыты в двух этажах генерал-губернаторского дома. Граф Арсений Андреевич не пощадил ничего, чтобы выразить дорогим гостям сочувствие и радушие свое.

Во время стола, при звуках народного гимна «Боже, Царя храни!» провозглашен был тост за здравие Государя Императора, сопровождавшийся троекратным громогласным «Ура!» старых заслуженных воинов. Были еще два тоста: один за здоровье Российских Армий и Флотов, другой за здоровье присутствующих.

В числе посетителей находилось до 60 генералов и сенаторов, из коих мы назовем: Генерала от Инфантерии Князя Андрея Ивановича Горчакова, Генерал Адъютанта Светлейшего Князя Александра Сергеевича Меншикова (случившегося здесь проездом из Севастополя в Санкт-Петербург), Генерал-Адъютанта Сергея Павловича Шипова и Генерала от Инфантерии Михаила Ивановича Чеодаева. Генерал от Артиллерии Алексей Петрович Ермолов не смог принять участие в этом празднестве. По здоровью и дряхлости не были 122 человека.

Нельзя было равнодушно смотреть на это достопочтенное собрание заслуженных, украшенных ранами и знаками отличия ветеранов, на эту живую историю славных дел Русского оружия в войне, и не восхищаться простыми, но оживленными рассказами добрых Русских солдат.

Скажем вмести с ними: «Дай Бог много лет здравствовать Графу Арсению Александровичу!». Истинно Русский праздник!

Соревнуя примеру Начальника Москвы, здешнее градское общество и акцизно-коммиссионерство роздали в тот день нижним чинам всех войск и команд, гарнизон Москвы составляющих и штат полиции: общество — по фунту говядины и калачу, а комиссионерство — по чарке вина на человека. А 12 октября в годовщину битвы под Малоярославцем, офицеры и инвалиды Измайловской Военной Богадельни угощены были от градского общества обедом.