С ЧЕМ ОН ВОЕВАЛ И ЧТО ОН ЗАЩИЩАЛ ВСЮ СВОЮ ЖИЗНЬ | Печать |

22 мая 1988 года….

В Советском Союзе состоялась учредительная конференция Московского городского общества инвалидов (МГОИ) — появилась созданная по инициативе самих инвалидов — в основном опорников — первая их региональная организация. Председателем правления МГОИ на конференции был избран Николай Чигаренцев.

Николай Венедиктович — личность неординарная, хотя его жизненный путь во многом, в главном, типичен для человека советского послевоенного поколения.

Н.В. Чигаренцев родился в Москве 21 декабря 1952 года. С отличием окончил исторический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова.
Работал переводчиком в ЦНИИ ПСК. С 1987 года — инициатор и участник создания различных общественных и благотворительных организаций.

Историк, переводчик, поэт, общественный деятель. 23 года — первый и бессменный председатель МГО ВОИ, член Общественной палаты правительства Москвы, советник мэра Москвы. Ветеран труда, награжден медалью Ордена «За заслуги перед Отечеством».

Душевно и ярко рассказал о нем журналист и писатель Лев Николаевич Индолев в номере нашей газеты, вынужденно отразившем безвременный уход Чигаренцева из жизни (№  2-2016). Думается, будет правильно предложить читателям «Русского инвалида» освежить свои впечатления об этой публикации — по существу, раскрывающей страницы истории создания МГО ВОИ и образ одного из главных действующих лиц этой истории.

Нелепая случайность некогда сделала одиннадцатилетнего мальчишку инвалидом. И столь же нелепая череда событий прервала его жизнь...

 

Близкие люди посоветовали Татьяне, его сестре, не добиваться от больничных врачей реальной причины его смерти — брата не вернешь. Одно очевидно: в ней повинно и то, с чем он боролся, — а воевал он всю свою жизнь с людским бездушием и за достоинство инвалидов, в том числе за доступность для таких, как он, колясочников улиц, магазинов, аптек, театров и больниц. Да, да, обычных больниц!

Николай Венедиктович прожил всего шестьдесят четыре года. После травмы спинного мозга и длительного послеоперационного лечения продолжать учебу юному колясочнику пришлось на дому. Всей семьей клеили коробки ради нищей пенсии инвалида детства.

К сознанию неотвратимости когда-то произошедшего он постепенно привык, и в 18 лет решил поступать в МГУ на исторический факультет — он с детства тяготел к гуманитарным знаниям. Решил и поступил. Учился заочно, но закончил университет с «красным дипломом».

Ему предложили продолжать учиться в аспирантуре, но материальные трудности вынудили искать заработок. Устроился переводчиком в отдел научно-технической информации ЦНИИ «Проектстальконструкция». Проработал на дому десять лет. Его переводы помогли, в том числе, и в строительстве нефтепроводов в районе Баку.

Дальнейшая жизнь и судьба Николая Венедиктовича Чигаренцева тесно связана с витавшей в воздухе идеей объединения инвалидов. Сейчас уже немногие помнят, как это было почти сорок лет назад…

Начать придется с того, как в крымском санатории Николай познакомился с другими спинальниками. Один из них — москвич Олег Фортинский, стал первым человеком, толкнувшим его на путь социальной активности. Хотя разговоры с ним в преддверии московской Олимпиады 1980 года о возможности участия в ней инвалидов казались тогда Николаю странными и даже нелепыми. Но годом позже, поняв, что спортом проблемы инвалидов не ограничиваются и нужно предложить нечто более радикальное, друзья сделали попытку напомнить властям о существовании инвалидов.

Первый вариант обращения к последнему брежневскому съезду партии, написанный Олегом, Николаю не понравился. Он написал свой, с акцентом на ценности социализма и советского образа жизни. В результате был принят вариант Чигаренцева, и его распространили среди инвалидов, прежде всего спинальников, лечившихся в московских больницах. Обращение подписали около 200 человек — москвичей и иногородних. Письмо было направлено в главную газету страны, в «Правду», для рассмотрения президиумом съезда вопроса о включении планов создания общества инвалидов в «планы партии и народа».

Ответ был казенным: «будет рассмотрено в надлежащем порядке».

Не получив тотчас поддержки, ребята на время оставили эти, как казалось, бесцельные занятия.

Вторым приятелем Коли был диссидент Валерий Фефелов. Его компания пыталась смутить Николая своими антиправительственными идеями, но тщетно: Чигаренцев остался на позиции советского патриота.

Так и текло бы время, если бы в лучезарной эпохе перестройки не появились на пути Николая Чигаренцева три молодые женщины, тоже затеявшие создать московское общество инвалидов по типу ранее существовавших в СССР «Корчагинцев» и «Прометея». Лиля Вахтина, Нина Тупицына и Тоня Бастрыкина отыскали телефон Чигаренцева, и после разговора с Лилей и некоторых сомнений он заразился этой целью.

Вскоре инициаторы обросли сотнями единомышленников. Начали с создания общей обменной библиотеки, ведь до компьютеров и интернета еще было далеко. Тем временем Николай Чигаренцев с товарищами развил бурную деятельность по подготовке уставных документов и первого — не телефонного, а очного — знакомства будущих членов городского общества инвалидов: их, по опросам, набралось около тысячи.

Обсуждение устава проходило очень непросто, но еще труднее было преодолевать косность городских, в том числе собесовских, бюрократов. Казалось, вот-вот будет дано согласие, но не тут-то было: «создание общества инвалидов признано нецелесообразным».

Но не мытьем так катаньем, после подключения прессы и телевидения в конце октября 1987 г. две сотни инвалидов с нарушениями опорно-двигательного аппарата, «опорников», — а только их предполагалось объединить в новое общество, — удалось собрать воедино в Доме культуры Всесоюзного общества слепых на улице Куусинена. Николаю Чигаренцеву было поручено от имени инициативной группы рассказать о целях и задачах создаваемой организации. Он говорил без бумажки и очень волновался.

Учредительная конференция Московского городского общества инвалидов (МГОИ) состоялась 22 мая 1988 года в том же ДК ВОС. Собрание проходило очень бурно, но демократично. Ведь впервые такая серьезная организация создавалась снизу, то есть самими инвалидами, причем тяжелыми опорниками, в основном, колясочниками.

Несмотря на то, что инициативная группа заранее обсудила состав будущего правления и наметила возможного лидера организации, многое пошло не по плану. Наконец, уже к ночи, тайным голосованием были выбраны 23 члена правления. На его заседании от роли председателя в числе других отказался намечавшийся на эту роль Александр Ломакин-Румянцев.

Дело в том, что параллельно с инвалидами-опорниками союзные власти работали над созданием Всесоюзного общества инвалидов (ВОИ), которое должно было объединить всех инвалидов, а не только опорников, и Ломакин-Румянцев рассматривался как один из его руководителей.

В результате голосования председателем правления МГОИ был избран Николай Чигаренцев.

Казалось бы, можно было вздохнуть с облегчением и взяться за работу, однако идея объединения инвалидов-опорников оказалась погребенной под создаваемой сверху новой общесоюзной структурой. В итоге МГОИ было вынуждено превратиться в региональную организацию-подразделение — в Московскую городскую организацию Всероссийского общества инвалидов.

Эти пертурбации с переоформлением документов и переизбранием поубавили энтузиазма, внесли некую растерянность и отняли много сил у молодых ребят и у их нового, энергичного и полного здоровых амбиций руководителя. На Чигаренцева, кроме организационных, легли и незнакомые хозяйственные функции. Нужно было искать приемлемое помещение.

Надо было видеть, как молодые колясочники во главе с Николаем со смехом продирались внутрь запущенного флигеля по улице Бахрушина, где предстояло разместиться штаб-квартире московских инвалидов и где до них обитали цирковые звери и птицы со своим «образом жизни». Предстояла полная очистка, перестройка, оборудование туалета, постройка лифта для колясок, установка телефона…

Началась для Чигаренцева рутинная работа. Ежедневная поездка через всю Москву в правление, прием посетителей-инвалидов — каждого со своими проблемами и со своим непростым характером — помощь в организации районных и окружных мероприятий, организация доставки гуманитарной помощи, «дипломатические» встречи: с одной стороны, с городскими властями, с другой — с руководителями центрального правления ВОИ, членом которого Чигаренцев также был избран.

ВОИ обзавелось своей прессой, стала издаваться газета «Надежда». Но Николай Чигаренцев решил, что Московская городская организация достойна иметь свой орган печати. Он пригласил на роль главного редактора опытного журналиста Николая Николаевича Жукова. Историк по образованию Чигаренцев и газетчик Жуков вспомнили о забытом после закрытия в 1917 году Временным правительством «Русском инвалиде» — одной из первых российских газет, рожденной еще в 1813 г., на исходе наполеоновского вторжения, когда увечные воины-инвалиды расползлись по городам и весям России.

Было решено газету воскресить, и первый номер возобновленного «Русского инвалида», учрежденного МГО ВОИ благодаря Николаю Венедиктовичу, появился в 1992 году.

Жаль, что Чигаренцеву не довелось развернуть свежий номер любимой газеты в ее юбилейном, 2017-м году — году 25-летия ее возрождения...

С момента учреждения в 1988 году МГОИ-МГО ВОИ Николай Венедиктович Чигаренцев переизбирался на свой пост пять раз. Здоровье председателя с возрастом не улучшалось. В семье одно за другим происходили трагические события: пропал, заблудившись в деревне, больной отец, погиб при тушении пожара Останкинской телебашни муж Татьяны, сестры Николая.

…После нескольких вызовов скорой помощи, которые заканчивались больничными койками, Николай принял решение оставить работу.

Он остался Почетным председателем МГО ВОИ и продолжал консультировать вновь избранное правление и его председателя.

На беду умирает Зоя Степановна — его мама и бабушки трех инвалидов, на которой держался весь дом. Эта смерть самого близкого человека совсем подкосила здоровье Николая.

Но он продолжал работать дома. Настало время разобрать свои архивы. Все эти годы Николай писал стихи, как говорится, «в стол» и задумывал роман.

За год до смерти вышел сборник его стихов, который он назвал «Играет душа на коленях богов»…

…Николай Венедиктович Чигаренцев навсегда останется в памяти тех, кто вместе с ним создавал Московское городское и Всероссийское общества инвалидов, кто работал с ним все годы и продолжает его дело.

Останется его детище — МГО ВОИ, останутся его стихи, останется его газета «Русский инвалид».

Лев ИНДОЛЕВ